Рожденные в опилках: как живут и учатся цирковые дети

Профессия циркового артиста прочно связана в представлении зрителей с интересными путешествиями, блистательными выступлениями, рукоплесканиями… Однако у них есть и другая, личная жизнь, а в ней – мужья, жены и, конечно, дети. Представитель цирковой династии, жонглер и дрессировщик Михаил Ермаков на личном опыте знает, какова она – жизнь цирковых детей.

©

Depositphotos.com

«Детей артистов в цирковой среде называют рожденными в опилках»

Начну с того, что в цирке выступают люди, которые пришли к этому самыми разными путями. И все артисты, как и их истории, очень отличаются. Кто-то профессионально занимался спортом, где важную роль играют личные достижения, и на манеж выходит, сосредоточившись на трюках. Кто-то танцевал. А кто-то, как я, родился и вырос в семье цирковых артистов. И это особая категория людей. О них, и о себе – в том числе – я и расскажу.

Детей артистов в цирковой среде называют рожденными в опилках: ими принято покрывать манеж со времен, когда в цирке стали выступать конные акробаты. Опилки служат упором для лошадиных копыт, в них не так больно падать, да и убрать за животными проще. Кроме того, многие четвероногие артисты живут в вольерах, пол которых также усыпан опилками. Дети возятся с животными, копошась в опилках. Отсюда и выражение.

Воспоминания о раннем детстве у меня, как, наверное, и у большинства людей, фрагментарны. В моей памяти сохранились связанные с цирком цвета, звуки и ароматы. Это запахи отцовского грима, каучукового манежа, сахарной ваты, попкорна.

«Мы начинаем осваивать цирковые профессии очень рано»

В 4 года я впервые вышел на манеж как артист. Выступал с родителями, участвовал в новогодних постановках. У отца был номер – «Собачья академия», в котором его питомцы разыгрывали сцену урока и делали все, что положено ученикам в школе. Мама ассистировала. А я сидел с собаками за партой и повторял несложные действия. У собак получалось лучше, и зрителей это очень умиляло. Конечно, по мере того как я становился старше, от меня требовали большего.

Вообще дети артистов начинают осваивают цирковые профессии очень рано. Сначала участвуют в номерах родителей, потом учатся чему-то, чтобы потом выступать отдельно. Иногда родители занимаются с детьми сами, но чаще отдают в ученики знакомым артистам. Тут очень важно разглядеть талант, учесть характер и даже особенности и потенциальные возможности тела, чтобы подобрать дело, которое действительно подходит. Как правило, это удается. И получается, что дети артистов остаются в цирке и работают там всю жизнь. Это в порядке вещей, как и весь жизненный уклад артистов.

©

Николай Винокуров / Фотобанк Лори

«Новый город — новая школа»

Цирковые семьи трудятся сообща. И это здорово. У каждого – свои обязанности и своя ответственность. В те дни, когда не было представлений, мы просыпались утром, завтракали и отправлялись в цирк: репетировать и ухаживать за животными. Многие цирковые семьи так живут, приходится договариваться и ладить – от этого в том числе зависит профессиональный успех.

Правильно распределить обязанности важно еще и потому, что артисты постоянно перемещаются. Отправляясь на гастроли, мы везем с собой животных, костюмы, реквизит. Нужно постоянно оформлять документы и следить за тем, чтобы ничего не забывать. Но это быстро входит в привычку – ездить приходится очень много. Мы с родителями особенно активно гастролировали, пока я не пошел в школу. Возможно, они старались лишний раз не отрывать меня от занятий.

Но избежать этого все равно не удалось бы. Поэтому когда я пошел в школу, в моей жизни начался забавный период под названием «Новый город – новая школа». Меня не отправляли учиться за границу, как некоторых моих друзей. Хотя за школьные годы родители работали и в европейских странах, и в Японии – в эти периоды я учился экстерном.

«Меня очень выручали цирковая открытость и коммуникабельность»

Постоянная смена школ многому меня научила. Я рано понял, что времени присматриваться к одноклассникам нет, надо максимально быстро расположить к себе окружающих, чтобы проучиться положенный отрезок времени спокойно, без конфликтов. И мне это часто удавалось, хотя бывало всякое. Я заметил, что к новеньким в принципе неплохо относятся. При том что мальчики обычно все-таки любят проверить, что из себя представляет новенький, дрался я не так уж часто.

Возможно, мне просто везло, и обстоятельства складывались в мою пользу. Я по опыту знаю, что успех в школе и адаптация чаще всего результат цепи определенных событий. Иногда и неудачных. Поэтому я уверен: когда ребенку трудно учиться из-за того, что он плохо ладит с одноклассниками или учителями, проблему можно решить, сменив школу.

©

Losevsky Pavel / Фотобанк Лори

Я же это делал не по своей воле. Меня очень выручали цирковая открытость и коммуникабельность. Эти черты вообще отличают детей цирковых артистов. Кстати, между собой дети цирковых контактируют очень своеобразно. Мы не тратим время на вопросы типа «Сколько тебе лет?» и «Чем ты увлекаешься?» Общаемся так, будто виделись вчера и продолжаем начатый разговор.

Правда, легкость в общении имеет и обратную сторону. Из-за постоянных переездов приходится не только знакомиться с новыми людьми, но и прощаться. Правда, с одним давним другом из московской школы мы общаемся до сих пор, несмотря на то, что я проучился с ним примерно полгода.

«Вписаться в программу вообще бывало сложно»

Помимо общения со сверстниками мне нужно было находить общий язык с огромным количеством учителей. И я сделал для себя еще один важный вывод: результат освоения того или иного предмета в большинстве случаев зависит от взаимоотношений с учителем.

Однажды из-за затянувшегося оформления документов мы оказались на вынужденном простое в одном провинциальном городе. Местная учительница по математике просто поражала меня своим выговором и внешним видом – из-за ее акцента я не понимал половины того, что говорила эта женщина. В результате съехал, хотя математика всегда давалась мне отлично.

Вписаться в программу вообще бывало сложно. Даже если я менял школы в России. Формально программа почти всегда была одна, но осваивали ее ученики разных школ с разной скоростью. Бывало, что артистов селили рядом с гимназией. А там класс сильно опережал учеников обычной школы, куда я ходил до гимназии. Поэтому приходилось сидеть за учебниками по ночам и заниматься. Иногда я оказывался в классе, который, наоборот, отставал очень сильно. Тогда можно было расслабиться и ничего не делать… А попав в нормальный класс в другом городе, поплатиться за это.

«Главными моими врагами были одиночество и скука»

Несмотря ни на что, до шестого класса я был почти отличником. А когда собирался в седьмой, родителей пригласили работать в Италию на год (впоследствии продлив контракт еще на один). И тогда они взяли меня с собой. В школе договорились, что я буду заниматься сам, а в мае сдам экзамены. Мне выдали кучу учебников, и мы уехали.

Европейский цирк устроен совершенно не так, как отечественный. Если на территории бывшего СССР чуть ли не в каждом городе цирк – это отдельное здание, и приехавшие туда на гастроли артисты живут в цирковых гостиницах, то в Европе цирк — это шапито. То есть артисты катаются в караванах, домах на колесах, останавливаясь в кемпингах. Иногда стоянки расположены в удивительных местах. Так, одно время наш караван стоял на берегу моря. И я натренировался плавать и нырять. Ловил морских ежей, стал различать самцов и самок, научился готовить разных морских гадов.

©

Вячеслав Николаенко / Фотобанк Лори

Вернувшись в Россию, я сдал экзамены за седьмой и восьмой классы. И то переезжая из города в город и регулярно меняя школы, то занимаясь самостоятельно, правдами-неправдами закончил школу. В этот период я думал о том, точно ли хочу остаться в цирке или мне нужно выбрать другой путь. Пока думал, поступил в университет, а когда получил диплом, у меня уже был собственный номер с мячами, с которым я гастролировал без родителей. И вопрос отпал сам собой. Сегодня у меня три номера, один из них – номер отца с собаками, он достался мне по наследству, когда отец оставил манеж.

Вспоминая свое детство, я понимаю, что объездил очень много городов и стран, встречал людей разных национальностей, вероисповедания и статуса. И при этом, как ни парадоксально, за границей главными моими врагами были одиночество и скука. Жить приходилось пусть в хорошо оборудованном, но – тесном – доме на колесах, где на личное пространство не было и намека. Это удручало, как и отсутствие компании по возрасту. Я не ходил в школу, а в программе, в которой выступали родители, часто участвовали только взрослые артисты. Поневоле меня посещали философские мысли не по возрасту. Поэтому я, насколько это удавалось, изучал места.

Я выяснил, что везде, в том числе в самых маленьких деревушках есть, на что посмотреть. А еще обнаружил, что люди в каждом городе разные, даже если живут в одной стране. Их восприятие мира, отношения между собой и к другим очень отличаются. Меня это всегда поражало и одновременно вдохновляло как в детстве, так и сейчас, когда я в очередной раз оказываюсь в новом месте.

Читайте также: Олег Попов и еще 4 великих клоуна СССР.

(function (window) {
var countess = {
s1: 2903934,
s2: 2903936,
s3: 2903937
};
var needSendEvent = false;

function onPushEvent (data) {
var type = data.category;
if (needSendEvent === null) {
return;
}
if (needSendEvent === false && type === ‘v’) {
var word = +data.label.split(‘,’)[1];
needSendEvent = word >= 300 ? true : null;
return;
}
if (needSendEvent && countess[type]) {
if (window._tmr) {
window._tmr.push({
id: countess[type],
type: ‘pageView’,
start: (new Date()).getTime()
});
}
}
}

if (!window._mediator) {
window._mediator = {
_opts: {
onPushEvent: null
}
}
}
window._mediator._opts.onPushEvent = onPushEvent;
})(window);